D'Airot d'Airot – История
ЭстетикаИсторияСоставКонцертыАудиоВидеоТекстыМассмедияОбзорыМненияКонтактSuomi
Баловни по-Кондаковски,
или
Двойной Фейертаг, пожалуйста

Первое:
Иногда начинаешь всерьез задумываться о том, что наш скромный городишко совсем не ближняя ссылка для всяких там неблагонадежных деятелей от политики и культуры, но прям-таки живое воплощение рая на земле. Ни больше, ни меньше, но процветающий вишневый сад, в котором плоды изо всех сил стараются налиться соком, заставляя ветви склониться через забор на радость околоточного и мальчишек. И не слышно предательского стука топора - скорее наоборот. Так ведь и здорово! Счастливый обладатель нежной натуры мог бы воскликнуть, например, что-либо в таком духе" Батеньки мои! Почитаешь за счастье проживать здесь!"

Де факто можно утверждать, что в последние годы город не слишком избалован джазом. О, просим прощения, так как только что была допущена маленькая неточность. Ни в коем случае не хотим оскорбить благородных почитателей данного стиля. Все-таки целый эстрадно-джазовый отдел есть в музучилище и, говорят, что не самый плохой на свете, что, якобы, разнесли ветра по всей Рассее-матушке наших отпрысков. Куда ни глянь - везде они. По непроверенной информации, символ давеча воскрешенного джаз-фестиваля "Звезды и мы" Андрей Кондаков тоже является продуктом его вот уже четвертьвековой жизнедеятельности. Определенное здесь как неизбалованность джазовой музыкой подразумевает то, что ценители этого жанра, особенно в последнее время, практически не имели возможности ощутить значимость своих пристрастий для мэтров от музыки. Спорадические всплески организационной активности, которым подвергались деятели от культуры в данном случае можно в расчет не брать. Как-то все время мимо нас проносились приятно ласкающие ветра пятых, седьмых, девятых, и так далее повышенных и пониженных ступеней в исполнении людей серьезных и уважаемых в кругах, мало напоминающих дворовые тусовки.

Несчастные любители джаза! Что им оставалось делать в таких вот ужасных условиях, в которые их бесповоротно загнали хоть и новые, но все еще не вылупившиеся из яйца меценаты и старые, но как обычно загибающееся от рецидивного безденежья двигатели Минкультуры. Да что тут поделаешь. С чувством самодостаточности в горделивом одиночестве они принялись с еще большей рьяностью отслушивать в кустарных условиях тепло поскрипывающие винилы (тем же, кто старается шагать в ногу со временем доставались хирургически чистые по звучанию си-ди). Удовольствие от процесса перемежалось с ностальгией по безвозвратно ушедшему золотому веку местных джазовых фестивалей. Их вполне можно понять, ведь последнее массово-увеселительное мероприятие под логотипом фестиваля "Звезды и мы" проходило аж в ноябре 1995 года!!!

Не правда ли, давненько все это было. Нет, мы бы покривили против истины, сказав, что штиль на джазовой арене был полным. Естественно, что какие-то музыкальные фрикции совершались и после того памятного события. Можно сказать, что они были в какой-то мере достаточно разнообразными. Но это если жить по пословице, что на безрыбье и рак - рыба. Например, за эти годы успел даже сформироваться эдакий петрозаводский джазовый стандарт исполнения, меккой которого стал везде-сующий-свой-нос "Кивач". Что же до заезжих гастролеров, то здесь стоит отметить активность уже упомянутого А. Кондакова. Он не просто пару раз освятил своим присутствием внутренности уже упомянутого заведения. Заслуги Андрея на этом не заканчиваются. Не будет особенным преувеличением сказать, что роль его для бальзамирования городского джазового сознания уникальна. В кругах отдаленных от этой до краев наполненной харизмой фигуры высказывается мысль о том, что помимо музыкального образования Андрей получил (втайне от всех) образование узкоспециальное, медицинское. Это, конечно, аллегория. Если вспомнить, сколько раз, начиная с середины 90-х годов, петрозаводский джаз направлялся приживалками на сохранение. Но врач оказывался хороший, хоть фамилия его и довольно далека от традиционных для этой профессии. Он собственноручно ставил необходимые припарки и отправлял больного домой дожидаться сроков. Золотые руки мастера не позволили случиться непоправимому, прежде чем настанет время "ч".

Посему Андрей Кондаков вполне заслужено стал крестным отцом петрозаводской джазовой культуры. Ему принадлежит то, что за шестилетний перерыв в "Звездах и нас" петрозаводская благородная публика не совсем уж отстала от времени и не до самых пят прикрылась добротным сукном провинциализма.

Один знаменательный случай был в тот исторический период, когда на карельской земле вновь на всю катушку забушевал пожар переделки мира. По весне шла непримиримая борьба между "старыми" и "новыми" русскими за обладание кормушкой. В один из вечеров А. Кондаков засветился пусть и на пропагандистском, но все же замечательном по качеству представленных исполнителей культурно-просветительском мероприятии. Тогда он выступил в составе великолепного "Интерджаза" совместно с такими большими и всем хорошо знакомыми дядьками как Алексанр Волков, Игорь Бутман, Оливье Кер Орио и Райнер Витцель. Рулил всем этим безобразием, конечно же, ослепительный Владимир Борисович Фейертаг. Последний сеанс интенсивной терапии был проведен год назад, когда эстрадно-джазовый отдел Музучилища с помпой отмечал свой юбилей все в том же совершенно неприспособленной для музыки филармонической зале. Тогда с ним в одной связке приехал целый звездный набор. Кстати говоря, тогда в качестве питерской восходящей звезды заглянул к нам и бывший соотечественник Александр Рамус. В составе трио младший отпрыск знатной фамилии сыграл нечто трудно воспринимаемое гастритным провинциальным желудком, но от этого не менее вкусное. Не последнее место в этом смотре отдавалось нью-йоркской джаз-диве Напуа Давой. Что до нее, так собственно и не важно, что реакция слушателей, заглядевшихся на подожженное вокалом темноволосой певицы здание бывшего Института марксизма-ленинизма, была не слишком уж одинаково восхищенной. Главным было уже немного всеми подзабытое ощущение причастности к большой земле.

Второе:
Вот так вот благодаря дружным усилиям, родила-таки девица в ночь. Пришел ее срок. Предупредительные схватки произошли примерно за месяц до означенного времени. Тогда, в день защитника отечества, знак российского джазового качества Фейертаг на радость весьма и весьма немногочисленным собравшимся поднялся на сцену зала Филармонии и объявил о начале концерта джазового абонемента. В тот вечер публике для прослушивания была выставлены исключительно петрозаводские исполнители, избравшие своим ремеслом игру на шестиструнном детище народа из страны хереса и монтильи. В течение пары часов мигрировавшие из гримерки на сцену и обратно коллективы пытались сделать все возможное для того, чтобы хоть как-то отработать выкупленные ценителями джаза билеты. Нельзя сказать, чтобы все было уж очень плохонько. Музыканты изо всех сил старались не подкачать. Перед своими то это вроде как с одной стороны и не очень хорошо. Хотя с другой - свои обычно прощают больше, чем чужие. Было видно, что кто-то из них даже порепетировать успел, а кто-то даже и не раз, кто-то просто раскидал цифровку. В любом случае спасал какой никакой, но профессионализм, поэтому все было достаточно добротно и привычно по-петрозаводски.

На счастье и публика была на редкость удобно подобравшаяся. Люди пришли послушать своих родименьких. Тех самых, которых встречаешь каждый день то в магазине за хлебом, то в кино с кока-колой, а то и еще где-нибудь в более тесной компании. Так что умиление вполне четко прорисовывалось сквозь усталые после трудового дня черты лица. Прощался и неважный звук, и откровенные киксы. Все старательно пытались обнаружить в происходящем что-нибудь такое положительное. Искали и находили. Так на сцене в дуэте с отдохнувшим Игорем Потахиным был замечен второкурсник все того же отделения. Говорят, что на него возлагаются большие надежды. Юрий Жук представил собственный эксперимент, в котором его гитара сочеталась с камерным оркестром во главе с небезызвестным Владимиром Троицким. Чуть ранее его тезка, только с легендарной фамилией Рамус исполнил в сопровождении квартета несколько композиций как стандартных, так и собственного сочинения. Но все это было лишь прелюдией к заключительному выходу Фейертага. Сохраняя достоинство, но при этом, прекрасно предполагая оживленную реакцию собравшихся, этот искуситель сердец сообщил о приближающемся грандиозном событии в джазовой жизни города Пэ. Возрождение фестиваля "Звезды и мы" стало более чем реально.

Компот:
Ожидание праздника длилось не более чем одно мгновение ока. Раз - и все. По правде сказать, о нем по какой-то тайной причине практически ничего не было известно. У многих создалось в итоге ощущение, что организаторы во главе Минкультуры и Музучилища, не замедлившие написать свои усыпанные лаврами имена на загривках немногочисленных рекламных прокламаций, обойтись малой кровью. Лучшая реклама разнесется сарафанной почтой. Что ж, может они и правы, однако в результате всех этих неподвластных обычному сознанию мудрствований все три дня наполняемость не такого уж и маленького зала Карельской госфилармонии была просто курям на смех, да и только. Но это еще не все. Сделанная все теми же устроителями попытка, как это сейчас модно говорить "отбить часть расходов" посредством продажи мест по принципу их элитности, также ни к чему не привела. Люди искушенные брали что подешевше, но пристраивались туда, где получше. Стоит посоветовать в следующий раз желающим подзаработать столь уж непродуманным способом вспомнить пословицу про одного фраера. Глядишь, и соответствующей рекламы будет побольше, да и заводящихся от всего происходящего зрителей будет в проходах, как это бывало в прошлые времена.

Мизерное количество рекламы тонуло на фоне того, насколько агрессивно параллельно внедрялась в мозг петрозаводчан мысль о необходимости посетить концерт тувинской фолк-команды. Он совпал со вторым и самым насыщенным из трех фестивальных дней. По слухам, гости из далекой Тувы получили по заслугам: зал был полон, диски распроданы, короче - полный аншлаг. Хочется поинтересоваться: что это? Может быть это всего лишь маленькая несогласованность действий между разными движителями культуры, которая привела к тому, что многие не могли для себя выбрать, куда же им все-таки пойти, а выбрав уже начинали жалеть о содеянном, поскольку выбирать приходилось между равными по качеству событиями. А может быть это просто продуманная культурная политика, предлагающая богатство выбора для потребителя. Может и так, но за двумя зайцам удавалось угнаться только деду Мазаю.

А-а: Все было гораздо хитрее. Это называется фейс-контрол. Только совершенно гениальнейшим образом осуществленный на самом высшем уровне. Фолк это секретное орудие королевы. Это форма психологического воздействия. С его помощью формируют сознание и фильтруют ненужный контингент. Благо Мюллярит постарались и популяризировали в самых широких рабоче-крестьянских и нуворишных массах идею возвращения к корням. Так вот пускай они и слушают этот самый фолк. А для элиты мы приготовили вкусненькое. Ням-ням! Пальчики оближешь! Просто решили сделать исключительно для своих, для утонченных телом и духом. Вообще то, их можно понять. Вспомните, друзья мои, что за беда бывала на всех предыдущих актах. Это же ужас какой-то!!! Джаз превращался в пивно-водочно-каннабисный кавардак, на котором молодежь, кстати большей частью музыкальной профессии, отрывалась по полной программе. Нет. Так нельзя. Такое, ребята, негоже устраивать. Ведь вы все же находитесь в приличном заведении, в котором раньше звучали освященные временем речи партийных деятелей, а теперь проводятся всякие там благотворительные концерты для устрашающих своей голубой кровью дядек с их мобильниками и тетками. То, что вы хотите, чтобы было, больше присуще всяким там странным альтернативным "дискосадикам" и прочим "адикам". Такому же респектабельному событию, как петрозаводский фестиваль джазовой музыки не годится проходить в клубах алкогольных испарений, под звон катающейся по проходам стеклотары и под веселые выкрики заводной публики. Если это так, то что-то сильно культурным шовинизмом отдает, господа.

Надо сказать, что музыкальная часть была подобрана с учетом многочисленных пожеланий на все согласной и заранее премного благодарной изголодавшейся по джазу публики. В ней сочетались как отечественные исполнители, так и представители стран, в военных сводках проходящих под брэндом "потенциальный противник". Правда, в выборе музыкантов была замечена вполне конкретная тенденциозность, которая объясняется исключительно заинтересованностью карельской элиты в развитии культурных и политических контактов. Так, вот уже который раз в Петрозаводске было мощно представлено Королевство Норвегия.

На этот раз, помимо знакомого с прошлого года оркестра Йоханссона на сцену вышла чисто блюзовая команда "Dr. Wessel". Исполнители американской корневой музыки были разбавлены петрозаводским барабанщиком, что нисколько не помешало солисту не просто выдавать рыкоподобные ноты в духе престарелых отцов блюза, но и устроить нестандартное для джаз-мероприятия шоу. Оно не ограничилось прыжками по сцене через фонари и мониторы. Увлеченный страданиями героя солист Др. Весселя то и дело смахивал скупую мужскую слезу, рвал на груди рубашку, ползал под роялем, падал в проход и залезал по стульям в середину зала, где, по-видимому, находилась жестоко обошедшаяся с ним дама сердца.

Другой силовой линией фестиваля являлось разнообразное столичное присутствие. Из Северной Пальмиры приехал эйсид-джазовый секстет "DooBop Sound", в котором, опять же по слухам, роль ведущего саксофона исполнял сын Главного Хранителя Фестивальных Ключей некто по имени Алексей Попов. После несколько скомканного первого дня фестиваля, выход коллектива оказался на редкость удачным, а сыгранная программа заставила некоторую часть публики в первом же антракте чуть ли ни бегом бросится в холл на распродажу их компакт-диска "ACID MAN". По сути то же самое произошло после второго отделения второго дня фестиваля, в котором выступал московский вокальный коллектив "Cool&Jazzy", некоторое время назад демонстрировавший свою разностороннюю музыкальную эрудированность в дибровской "Антропологии".

Как и ожидалось, появление на сцене Андрея Кондакова со товарищи попало в самое сердце публики. Каждый антракт в кулуарах обсуждалось, что когда же он, наконец, появится. Выхода своего воспитанника и любимчика ждал весь город. Когда же это свершилось, то многие пожалели, что Кондаков был поставлен самым последним - уж больно трудно давалось восприятие подуставшей публикой. Однако в этом был тайный умысел. В действительности все было продумано, чтобы обеспечить Андрею именно ту публику, которая была бы способна воспринимать его музыку. На руку сыграли и предыдущие более или менее свободные выступления, и некоторая усталость от потока музыкальной информации. Придавленная к земле публика была готова для того, чтобы музыканты в буквальном смысле слова расплющили и размазали ее тоннажем своей музыки. При этом, как оказалось, ничто гуманистическое не было чуждо этим властителям мира. Так, Пол Белленбок не удержался, чтобы не расслабить публику, чуточку поездив пластиковой бутылкой "фанты" по грифу. А в середине выступления Кондаков позволил себе удалиться на некоторое время, а его место за роялем занял 16-тилетний джазовый гений из Череповца.

К сожалению, эффекта потрясения не произошло в первый день фестиваля. Немного поправил конфуз ныне австрийский эмигрант А.Фишер, сыгравший дуэтом с гитаристом из Петербурга. А потом уже под занавес родимый петрозаводский диксиленда изо всех сил пытался разговеть публику. Однако она дулась и пыжилась - и ведь не спроста. Только что полностью смятым оказалось выступления бас-гитариста Михаила Светлова, всюду заявляемого с магическим словом Париж. Не помогли даже набросанные где-то впопыхах, судя по тому, как напрягал глаза гитарист, нотки. Не спас Светлова и экзотический марокканский инструмент. Уж слишком сильным было ожидание праздника, уж слишком долго ждал город этого фестиваля, чтобы на сцену вышли люди, на пальцах за кулисами объяснившие друг другу что и как надо играть. Они, конечно, большие профессионалы, однако вряд ли стоит настолько не уважать пришедших на фестиваль слушателей, а также его устроителей, чтобы открывая долгожданное мероприятие, просто его облажать. Тем более становилось тоскливо, что все это были личности, уже не в первый раз приехавшие к нам, а это все-таки и Й.Гонзалес, и А.Остроумов. Тут даже не помогали экспрессивный восклицания о том, что не слышно мониторов и так далее. Все это играет роль, но надо бы и честь знать.

 

  © 1998–2015